Зима в японии

зима в японии

Неповторимая природа страны восходящего солнца – настоящий эдем для пейзажных фотографов. 03.01.2014
Photonews

О собственном путешествии в Японию говорит Джон Корнфорн (Jon Conforth) — знаменитый фотограф дикой природы, чьи снимки неоднократно занимали призовые места всевозможных конкурсов и сейчас узнаются в мире.

Японская макака, Нагано. Фотограф, Джон Корнфорф (Jon Cornforth), применял градиентный фильтр Singh Ray на 3 стопа, дабы смягчить тон фоновой подсветки. Снимки сделаны посредством CanonEOS 5D Mark III ( выдержка 1/125 при диафрагме f/13, ISO 640).

Японские макаки, пожалуй, одна из основных обстоятельств, каковые так завлекают фотографов-анималистов в Японию. Я припас этих мартышек на последний сутки моего путешествия, в то время, когда добрался до северной части острова Хоккайдо.

Японские макаки: детёныш и мама, Нагано. Эту фотографию Корнфорф сделал посредством Canon EOS 5D Mark III и Canon EF IS II (выдержка 1/500 при диафрагме f/4, ISO 320).

Честно говоря, зима в Стране восходящего солнца — это самое лучший результат, дабы устроить съёмку дикой природы, поскольку лишь зимний период орлы, японские журавли и лебеди мигрируют из южной части Азии в Японию, данный мелкий эдем на земле.

Эти мартышки пришли с гор и нашли собственное пристанище около тёплых источников, которыми славится Страна восходящего солнца. Дополняет картину сияющей белизной снег, подчёркивающий естественную красоту нетронутой природы.

Отыскать такие места непросто: на острове живёт около 125 миллионов человек, исходя из этого фототур на Хоккайдо — это совсем не то, что путешествие в отдалённые уголки Аляски либо Антарктики, где всё, что вас окружает, уже само по себе совершенная площадка для съёмки.

Чудесные журавли.

В случае если желаете попытаться себя в роли фотографа-анималиста и заметить Японию иначе, начать стоит с города Цуруй. Ко мне легко возможно доехать на машине из Кусиро, что расположен в восточной части прибрежной полосы Хоккайдо.

Как раз Цуруй каждую зиму делается местом стоянки японских журавлей. К моменту прилёта тут всё уже готово: фермеры заблаговременно запасают корма, а зоологи смотрят за состоянием птиц в местных наблюдательных центрах. За вход время от времени приходится платить, но это определённо стоит того: журавли так привыкли к людям, что, наверное, кроме того обучились наслаждаться от фотосъёмок. Путешествовать журавли предпочитают сворами от пятидесяти до ста птиц и не опасаются близко доходить к человеку.

Для фотографа-анималиста такое явление — редкостная успех, исходя из этого я пользовался каждой возможностью, дабы сделать хороший снимок.

Японские журавли, Цуруй. Сейчас Корнфорф поместил камеру на штатив, дабы полностью передать красоту журавлиного танца на снегу (выдержка 1/500 при диафрагме f/5.6, ISO 3200).

Как правило я брал в кадр лишь одного понравившегося мне журавля, исходя из этого эта фотосерия — необычная галерея портретов. Но, имеется тут и более увлекательные снимки, к примеру — полёт журавля либо танцы на снегу.

В погоне за журавлями не следует забывать и про вторых птиц. В Цуруй довольно часто возможно наткнуться на лебедей-кликунов, коршунов и орланов-белохвостов, и потерять возможность поснимать их на плёнку было бы настоящим правонарушением.

Парящие орлы.

В Цуруй я пробыл практически несколько дней. Следующей точкой моего путешествия должен был стать Раусю. Те несколько часов, каковые я был в пути, были, возможно, самыми запоминающимися во всём туре: передо мной расстилалась белая, удирающая вдаль дорога, а на горизонте неясно маячили вершины припорошенных снегом холмов.

Мне кроме того посчастливилось увидать лису: рыжий хвост мелькнул у обочины заросшей тропы, куда я свернул, сохраняя надежду отыскать зимнее пристанище сов.

Раусю, рыболовная деревушка, расположенная на северо-восточной части побережья Хоккайдо, известна тем, что в том месте находится национальный парк Сирэтоко. Зимний период со стороны Охотского моря к берегам Раусю довольно часто прибивает куски плавучего льда, исходя из этого туристам, жаждущим пофотографировать орлов, приходится выстраиваться в очередь перед лодками, каковые доставляют их прямо к воротам парка.

Белоплечий орлан, Раусю. Для съёмки Корнфорф применял лёгкий CanonEOS 7Dс супертелеобъективом Canon EF 500 мм f/4L (выдержка 1/500 при диафрагме f/4, ISO 640).

У меня уже был опыт съёмки белоголовых орланов на Аляске, но это никоим образом не подготовило меня к встрече с орланами и белоплечими орланами-белохвостами. Я был свидетелем воистину фантастического зрелища: на замёрзшем берегу рыбак бросал рыбу на лёд, а над его головой, крича и шумно махая крыльями, пикировало несметное количество птиц.

Как скоро выяснилось, фотографировать парящих орлов оптимальнее стоя на носу лодки. Данный ракурс превосходно подойдёт как для съёмок орлов, угнездившихся на вершине айсберга, так и для съёмок птиц, летящих наоборот восходящего солнца.

Орлан-белохвост, Раусю. Применяя то же оборудование, Корнфорф сумел поймать тот момент, в то время, когда орёл быстро пикирует на вершину айсберга (выдержка 1/2500 при диафрагме f/4, ISO 3200).

На лодке было достаточно людно, исходя из этого от идеи применять штатив было нужно отказаться. Так как таскать на себе телеобъективы в 500mm- задача не из несложных, оптимальнее применять объектив размером 300mmf2.8 lensс телеконвектором. Он идеально подходит для маленьких сенсорных камер и окажет помощь установить нужное фокусное расстояние, дабы сделать хороший кадр.

Так, объектив в 300mm с телеконвектором 2x в сочетании с CanonAPS-C разрешает сделать такой же кадр, что получается при полнокадровой съёмке с фокусным расстоянием в 960mm. А по большому счету, если вы желаете сделать вправду стоящий снимок, вернее всего не производить камеру из рук и просто следить за полётом орлов. Лишь не забудьте про регулировку светочувствительности и быстродействующий затвор.

Лебединое озеро.

Я совершил на Хоккайдо семь дней, по окончании чего направился на озеро Кушаро, расположенное приблизительно в тридцати пяти милях езды от берегов Раусю. Озеро находится в самом сердце вулканического кратера и зимний период покрывается толстой коркой льда. Единственным местом, где слышится шум воды сейчас года, есть южный берег, что стал стоянкой лебедей-крикунов.

Лебеди-крикуны, озеро Кушаро. Сейчас Корнфорф применял объектив в 28mmf/2 CarlZeissZEDistagonT*, предназначенный специально для широкоугольной съёмки. Снимок сделан на верный Canon EOS 5D Mark III ( выдержка 1/320 при диафрагме f/11, светочувствительность 640).

Если вы также планируете посетить Кушаро, приготовьтесь заметить намного больше лебедей, чем имеете возможность себе представить. Около озера находятся мелкий ресторан и пара магазинов, где интересные туристы берут попкорн, сохраняя надежду привлечь интерес птиц (не смотря на то, что Я против прикорма зверей). Громадный объектив мне не пригодился: обычный вариант идеально подошёл для съёмки грациозно плавающих лебедей.

Исходя из этого мой совет: позабудьте о широкоугольных объективах и пользуйтесь теми возможностями, каковые дарует вам природа. Основное — включить собственного «внутреннего фотографа» и не забывать, что это — съёмка в движении.

Мартышки.

Последняя часть моего тура проходила в Нагано, где я совершил всего одну ночь. Моей целью был парк мартышек Jigokudani, расположенный всего в миле ходьбы от города. Большая часть визитёров парка в большинстве случаев ночуют в Нагано, но я остановится в отеле Kourakukan, поскольку оттуда до Jigokudaniи тёплых источников всего пять мин. пешком. Кстати, из Нагано до ближайшей к гостинице остановки возможно легко добераться на автобусе.

Но Я порекомендовал бы забрать такси: оно довезёт вас прямо до ворот гостевого домика, что особенно принципиально важно, в случае если у вас с собой тяжёлое фотооборудование.

Как неизменно, мой съёмочный сутки начался рано. Не хотя толкаться среди любопытных туристов и бороться за право заснять мартышек, я поднялся за пара часов перед восходом солнца. Сам парк стоит на возвышенности, и, взбираясь по бугру, я с каждым шагом всё глубже погружался в новый, причудливый и незнакомый мне мир.

Везде, куда ни падал взор, сидели мартышки, и по мере того, как я приближался к горячим источником, их становилось всё больше и больше.

Как и во всех заповедниках, каковые я посетил за время собственного путешествия по Японии, в этом парке мартышек кормили ежедневно. Они нисколько не опасаются людей, исходя из этого фокусное расстояние большинства сделанных мной снимков варьируется от 70 до 300 mm.

В парке я сохранял надежду заметить такие же заснеженные просторы, как на озере Кушаро, но вместо этого меня встретило сияющее солнце, напомнившее о далёкой весне. Возможно, если бы сутки выдался более холодным, около источников собралось бы больше мартышек. Осложнения появились и с оборудованием: солнце светило весьма ярко, и отыскать необходимый свет выяснилось не так-то легко.

Исходя из этого я решил фотографировать в тени либо ждал, пока проплывающее облако не закроет сверкающий диск.

Ещё одной проблемой стал пар, поднимающийся от тёплых источников. Но я решил извлечь пользу и из этого и (не легко) сделал пара снимков, отличающихся особенно «лёгкой» воздухом.

Возможно, два самых основных урока, каковые я вынес из данной поездки — мочь обнаружить преимущества в недочётах и ни при каких обстоятельствах не есть перед мартышками! Я успел лишь дотянуться из сумки энергетический батончик, а мартышка уже сидела передо мной, вытянув собственную волосатую лапу, готовая вот-вот стащить мой ланч. Её взор был так сосредоточенным и жадным, что я сходу осознал: лучше остаться голодным и возвратиться обратно к съёмкам.

Карта эксклюзивного тура Джона Корнфорфа по Японии. Остановка первая — Цуруй, пристанище японских журавлей. Остановка вторая — Райсю, «зимний дом» орлов на побережье Хоккайдо.

Снимки лебедей-кликунов были сделаны на озере Кушаро. Путешествие закончилось в Нагано, где раскинулся парк мартышек Jigokudani — конечная и основная цель тура.

Февраль в Японии. Что делать в Японии зимний период?


Интересно почитать:

Самые интересный результаты подобранные по Вашим интересам: